За кормой лунища ну и здорово

Пароход “Тверь”
Почтальон Печкин считал что “человек и пароход” это никто иной как Иван Федорович Крузенштерн. А советский поэт Владимир Маяковский считал по другому. В 1926 г. 5 февраля, в поезде двигавшемся по маршруту Москва- Рига было совершено нападение на курьеров перевозящих дипломатическую почту. В купе было двое дипкурьеров – Теодор Нетте и Иоганн Махмасталь. В момент нападения Теодор находился на верхней полке и успел выстрелить, но следующим выстрелом был убит сам. Иоганн Махмасталь сумел дать отпор бандитам и несмотря на несколько ранений охранял вверенный ему груз до прибытия в Ригу. Курьеров наградили орденами Красного знамени, Нетте – посмертно. В честь Теодора Нетте был назван пароход.
Теодор Нетте
Судно было построено в Санкт-Петербурге в 1912 г. под именем “Тверь”. Имело длину порядка 90 м. и мощность паровой машины 1200 л. с. Пароход вмещал 320 пассажиров и первым своим рейсом после постройки отправился во Владивосток. “Тверь” работала доставляя грузы и пассажиров курсируя между Владивостоком и Петропавловском-Камчатским. В 1920 г. “Тверь” отправилась в Одессу, но зайдя в итальянский порт города Триест, была захвачена белогвардейцами и продана итальянской компании. Грузоперевозчик Lloyd Triestino переименовал пароход в “Soria”, под этим именем судно трудилось в Италии 6 лет. А в 1926 г. Пароход выкупил Советский союз и назвал именем погибшего дипломатического курьера “Теодор Нетте”. В 1929 г. “Теодор Нетте” вернулся на трассу Владивосток – Петропавловск-камчатский. А спустя три года “Теодор Нетте” из-за нехватки кораблей вошел в состав Тихоокеанского флота. В 1946 г. Судно поставили у причальной стенки в Петропавловске-Камчатском и использовали как казарму. Спустя 7 лет в 1953 г. на судне случился пожар, “Теодора Нетте” списали, а затопленный корпус используется как основание для причала. Позже и другие суда носили имя Теодора Нетте, в 1963 г. из собранного пионерами металлолома был построен лесовоз, его имя перенял теплоход построенный в 1990 г. Владимир Маяковский лично знал Теодора Нетте и переживал его гибель, а побывав на пароходе написал стих – “Теодору Нетте пароходу и человеку”:
Я недаром вздрогнул.
Не загробный вздор.
В порт,
горящий,
как расплавленное лето,
разворачивался
и входил
товарищ “Теодор
Нетте”.
Это — он.
Я узнаю его.
В блюдечках-очках спасательных кругов.
— Здравствуй, Нетте!
Как я рад, что ты живой
дымной жизнью труб,
канатов и крюков.
Подойди сюда!
Тебе не мелко?
От Батума,
чай, котлами покипел…
Помнишь, Нетте, —
в бытность человеком
ты пивал чаи
со мною в дипкупе?
Медлил ты.
Захрапывали сони.
Глаз
кося
в печати сургуча,
напролёт
болтал о Ромке Якобсоне
и смешно потел,
стихи уча.
Засыпал к утру.
Курок
аж палец свел…
Суньтеся —
кому охота!
Думал ли,
что через год всего
встречусь я
с тобою —
с пароходом.
За кормой лунища.
Ну и здорово!
Залегла,
просторы надвое порвав.
Будто навек
за собой
из битвы коридоровой
тянешь след героя,
светел и кровав.
В коммунизм из книжки
верят средне.
“Мало ли что можно
в книжке намолоть!”
А такое —
оживит внезапно “бредни”
и покажет
коммунизма
естество и плоть.
Мы живём,
зажатые
железной клятвой.
За нее —
на крест,
и пулею чешите:
это —
чтобы в мире
без Россий,
без Латвий
жить единым
человечьим общежитьем.
В наших жилах —
кровь, а не водица.
Мы идём
сквозь револьверный лай,
чтобы,
умирая,
воплотиться
в пароходы,
в строчки
и в другие долгие дела.
________________
Мне бы жить и жить,
сквозь годы и мчась.
Но в конце хочу —
других желаний нету —
встретить я хочу
мой смертный час
так,
как встретил смерть
товарищ Нетте.
Владимир Маяковский 1926 г.
Источник
Владимир Маяковский
Антология русской поэзии
“Товарищу Нетте — пароходу и человеку”
Я недаром вздрогнул.
Не загробный вздор.
В порт,
горящий,
как расплавленное лето,
разворачивался
и входил
товарищ “Теодор
Нетте”.
Это — он.
Я узнаю его.
В блюдечках-очках спасательных кругов.
— Здравствуй, Нетте!
Как я рад, что ты живой
дымной жизнью труб,
канатов и крюков.
Подойди сюда!
Тебе не мелко?
От Батума,
чай, котлами покипел…
Помнишь, Нетте, —
в бытность человеком
ты пивал чаи
со мною в дипкупе?
Медлил ты.
Захрапывали сони.
Глаз
кося
в печати сургуча,
напролёт
болтал о Ромке Якобсоне
и смешно потел,
стихи уча.
Засыпал к утру.
Курок
аж палец свел…
Суньтеся —
кому охота!
Думал ли,
что через год всего
встречусь я
с тобою —
с пароходом.
За кормой лунища.
Ну и здорово!
Залегла,
просторы надвое порвав.
Будто навек
за собой
из битвы коридоровой
тянешь след героя,
светел и кровав.
В коммунизм из книжки
верят средне.
“Мало ли что можно
в книжке намолоть!”
А такое —
оживит внезапно “бредни”
и покажет
коммунизма
естество и плоть.
Мы живём,
зажатые
железной клятвой.
За нее —
на крест,
и пулею чешите:
это —
чтобы в мире
без Россий,
без Латвий
жить единым
человечьим общежитьем.
В наших жилах —
кровь, а не водица.
Мы идём
сквозь револьверный лай,
чтобы,
умирая,
воплотиться
в пароходы,
в строчки
и в другие долгие дела.
________________
Мне бы жить и жить,
сквозь годы и мчась.
Но в конце хочу —
других желаний нету —
встретить я хочу
мой смертный час
так,
как встретил смерть
товарищ Нетте.
1926
__________________
Теодор Нетте — советский дипкурьер,
убитый контрразведчиками при защите
диппочты в поезде на территории Латвии.
Его именем назван один из пароходов
Черноморского флота.
Р. Якобсон — лингвист и стиховед,
представитель формалистической школы
в литературоведении.
читает Яхонтов
Владимир Николаевич Яхонтов, русский советский артист эстрады, чтец, актёр, мастер художественного слова.
Маяковский Владимир Владимирович (1893 – 1930)
Русский советский поэт. Родился в Грузии, в селе Багдади, в семье лесничего.
С 1902 г. учился в гимназии в Кутаиси, затем в Москве, куда после смерти отца переехал вместе со своей семьей. В 1908 г. оставил гимназию, отдавшись подпольной революционной работе. В пятнадцатилетнем возрасте вступил в РСДРП(б), выполнял пропагандистские задания. Трижды подвергался аресту, в 1909 г. сидел в Бутырской тюрьме в одиночке. Там и начал писать стихи. С 1911 г. занимался в Московском училище живописи, ваяния и зодчества. Примкнув к кубофутуристам, в 1912 г. опубликовал первое стихотворение — «Ночь» — в футуристическом сборнике «Пощечина общественному вкусу».
Тема трагичности существования человека при капитализме пронизывает крупнейшие вещи Маяковского предреволюционных лет — поэмы «Облако в штанах», «Флейта-позвоночник», «Война и мир». Уже тогда Маяковский стремился создать поэзию «площадей и улиц», обращенную к широким массам. Он верил в близость наступающей революции.
Эпос и лирика, разящая сатира и агитационные плакаты РОСТА — на всем этом многообразии жанров Маяковского лежит печать его самобытности. В лирико-эпических поэмах «Владимир Ильич Ленин» и «Хорошо!» поэт воплотил мысли и чувства человека социалистического общества, черты эпохи. Маяковский мощно влиял на прогрессивную поэзию мира —у него учились Иоганнес Бехер и Луи Арагон, Назым Хикмет и Пабло Неруда. В поздних произведениях “Клоп” и “Баня” звучит мощная сатира с элементами антиутопии на советскую действительность.
В 1930 году покончил жизнь самоубийством, не вынеся внутреннего конфликта с “бронзовым” советским веком, в 1930 г., похоронен на Новодевичьем кладбище.
Источник
Главная ~ Литература ~ Стихи писателей 18-20 века ~ Владимир Маяковский ~ Товарищу Нетте, пароходу и человеку
На этой странице читайте стихотворение «Товарищу Нетте, пароходу и человеку…» русского писателя Владимира Маяковского, написанное в 15 июля 1926, Ялта году.
Стихотворение Владимира Маяковского
Я недаром вздрогнул.
Не загробный вздор.
В порт,
горящий,
как расплавленное лето,
разворачивался
и входил
товарищ “Теодор
Нетте”.
Это – он.
Я узнаю его.
В блюдечках-очках спасательных кругов.
-Здравствуй, Нетте!
Как я рад, что ты живой
дымной жизнью труб,
канатов
и крюков.
Подойди сюда!
Тебе не мелко?
От Батума,
чай, котлами покипел…
Помнишь, Нетте,-
в бытность человеком
ты пивал чаи
со мною в дип-купе?
Медлил ты.
Захрапывали сони.
Глаз
кося
в печати сургуча,
напролет
болтал о Ромке Якобсоне
и смешно потел,
стихи уча.
Засыпал к утру.
Курок
аж палец свел…
Суньтеся –
кому охота!
Думал ли,
что через год всего
встречусь я
с тобою –
с пароходом.
За кормой лунища.
Ну и здорово!
Залегла,
просторы надвое порвав.
Будто навек
за собой
из битвы коридоровой
тянешь след героя,
светел и кровав.
В коммунизм из книжки
верят средне.
“Мало ли,
что можно
в книжке намолоть!”
А такое –
оживит внезапно “бредни”
и покажет
коммунизма
естество и плоть.
Мы живем,
зажатые
железной клятвой.
За нее –
на крест,
и пулею чешите:
это –
чтобы в мире
без Россий,
без Латвий*,
жить единым
человечьим общежитьем.
В наших жилах –
кровь, а не водица.
Мы идем
сквозь револьверный лай,
чтобы,
умирая,
воплотиться
в пароходы,
в строчки
и в другие долгие дела.
*
Мне бы жить и жить,
сквозь годы мчась.
Но в конце хочу –
других желаний нету –
встретить я хочу
мой смертный час
так,
как встретил смерть
товарищ Нетте.
* Нетте был убит на территории
буржуазной в то время Латвии.
Год создания: 15 июля 1926, Ялта
Опубликовано в издании:
Русские поэты. Антология в четырех томах.
Москва: Детская литература, 1968.
Количество просмотров: 434
Количество комментариев: 0
Темы: Стихи серебряного века
Опубликовано: 17.03.2014
© Владимир Маяковский
Другие стихи Владимира Маяковского:
Вот так я сделался собакой
Ну, это совершенно невыносимо!
Весь как есть искусан злобой.
Злюсь не так, как могли бы вы:
как собака лицо луны гололобой –
Товарищ Иванов
Товарищ Иванов –
мужчина крепкий,
в штаты врос
покрепше репки.
Ночь
Багровый и белый отброшен и скомкан,
в зеленый бросали горстями дукаты,
а черным ладоням сбежавшихся окон
раздали горящие желтые карты.
Военно-морская любовь
По морям, играя, носится
с миноносцем миноносица.
Льнет, как будто к меду осочка,
к миноносцу миноносочка.
Ничего не понимают
Вошел к парикмахеру, сказал – спокойный:
“Будьте добры, причешите мне уши”.
Гладкий парикмахер сразу стал хвойный,
лицо вытянулось, как у груши.
Во весь голос
Первое вступление в поэму
Уважаемые
товарищи потомки!
Роясь
Столп
Товарищ Попов
чуть-чуть не от плуга.
Чуть
не от станка
Необычайное приключение
(Пушкино. Акулова гора, дача Румянцева,
27 верст по Ярославской жел. дор.)
В сто сорок солнц закат пылал,
в июль катилось лето,
Источник
Владимир Маяковский
Антология русской поэзии
“Товарищу Нетте — пароходу и человеку”
Я недаром вздрогнул.
Не загробный вздор.
В порт,
горящий,
как расплавленное лето,
разворачивался
и входил
товарищ “Теодор
Нетте”.
Это — он.
Я узнаю его.
В блюдечках-очках спасательных кругов.
— Здравствуй, Нетте!
Как я рад, что ты живой
дымной жизнью труб,
канатов и крюков.
Подойди сюда!
Тебе не мелко?
От Батума,
чай, котлами покипел…
Помнишь, Нетте, —
в бытность человеком
ты пивал чаи
со мною в дипкупе?
Медлил ты.
Захрапывали сони.
Глаз
кося
в печати сургуча,
напролёт
болтал о Ромке Якобсоне
и смешно потел,
стихи уча.
Засыпал к утру.
Курок
аж палец свел…
Суньтеся —
кому охота!
Думал ли,
что через год всего
встречусь я
с тобою —
с пароходом.
За кормой лунища.
Ну и здорово!
Залегла,
просторы надвое порвав.
Будто навек
за собой
из битвы коридоровой
тянешь след героя,
светел и кровав.
В коммунизм из книжки
верят средне.
“Мало ли что можно
в книжке намолоть!”
А такое —
оживит внезапно “бредни”
и покажет
коммунизма
естество и плоть.
Мы живём,
зажатые
железной клятвой.
За нее —
на крест,
и пулею чешите:
это —
чтобы в мире
без Россий,
без Латвий
жить единым
человечьим общежитьем.
В наших жилах —
кровь, а не водица.
Мы идём
сквозь револьверный лай,
чтобы,
умирая,
воплотиться
в пароходы,
в строчки
и в другие долгие дела.
________________
Мне бы жить и жить,
сквозь годы и мчась.
Но в конце хочу —
других желаний нету —
встретить я хочу
мой смертный час
так,
как встретил смерть
товарищ Нетте.
1926
__________________
Теодор Нетте — советский дипкурьер,
убитый контрразведчиками при защите
диппочты в поезде на территории Латвии.
Его именем назван один из пароходов
Черноморского флота.
Р. Якобсон — лингвист и стиховед,
представитель формалистической школы
в литературоведении.
читает Олег Басилашвили
Басилашвили Олег Валерианович
Родился 26 сентября 1934 года в Москве.
Заслуженный артист РСФСР (1969).
Народный артист РСФСР (4.08.1977).
Народный артист СССР (30.11.1984).
Маяковский Владимир Владимирович (1893 – 1930)
Русский советский поэт. Родился в Грузии, в селе Багдади, в семье лесничего.
С 1902 г. учился в гимназии в Кутаиси, затем в Москве, куда после смерти отца переехал вместе со своей семьей. В 1908 г. оставил гимназию, отдавшись подпольной революционной работе. В пятнадцатилетнем возрасте вступил в РСДРП(б), выполнял пропагандистские задания. Трижды подвергался аресту, в 1909 г. сидел в Бутырской тюрьме в одиночке. Там и начал писать стихи. С 1911 г. занимался в Московском училище живописи, ваяния и зодчества. Примкнув к кубофутуристам, в 1912 г. опубликовал первое стихотворение — «Ночь» — в футуристическом сборнике «Пощечина общественному вкусу».
Тема трагичности существования человека при капитализме пронизывает крупнейшие вещи Маяковского предреволюционных лет — поэмы «Облако в штанах», «Флейта-позвоночник», «Война и мир». Уже тогда Маяковский стремился создать поэзию «площадей и улиц», обращенную к широким массам. Он верил в близость наступающей революции.
Эпос и лирика, разящая сатира и агитационные плакаты РОСТА — на всем этом многообразии жанров Маяковского лежит печать его самобытности. В лирико-эпических поэмах «Владимир Ильич Ленин» и «Хорошо!» поэт воплотил мысли и чувства человека социалистического общества, черты эпохи. Маяковский мощно влиял на прогрессивную поэзию мира —у него учились Иоганнес Бехер и Луи Арагон, Назым Хикмет и Пабло Неруда. В поздних произведениях “Клоп” и “Баня” звучит мощная сатира с элементами антиутопии на советскую действительность.
В 1930 году покончил жизнь самоубийством, не вынеся внутреннего конфликта с “бронзовым” советским веком, в 1930 г., похоронен на Новодевичьем кладбище.
https://citaty.su/kratkaya-biografiya-mayakovskogo
Источник
ПАРОХОДУ И ЧЕЛОВЕКУ
Я недаром вздрогнул.
Не загробный вздор.
В порт,
горящий,
как расплавленное лето,
разворачивался
и входил
товарищ “Теодор
Нетте”.
10 Это – он.
Я узнаю его.
В блюдечках-очках спасательных кругов.
– Здравствуй, Нетте!
Как я рад, что ты живой
дымной жизнью труб,
канатов
и крюков.
Подойди сюда!
Тебе не мелко?
20 От Батума,
чай, котлами покипел…
Помнишь, Нетте, –
в бытность человеком
ты пивал чаи
со мною в дип-купе?
Медлил ты.
Захрапывали сони.
Глаз
кося
30 в печати сургуча,
напролет
болтал о Ромке Якобсоне
и смешно потел,
стихи уча.
Засыпал к утру.
Курок
аж палец свел…
Суньтеся –
кому охота!
40 Думал ли,
что через год всего
встречусь я
с тобою –
с пароходом.
За кормой лунища.
Ну и здорово!
Залегла,
просторы на-двое порвав.
Будто навек
50 за собой
из битвы коридоровой
тянешь след героя,
светел и кровав.
В коммунизм из книжки
верят средне.
“Мало ли,
что можно
в книжке намолоть!”
А такое –
60 оживит внезапно “бредни”
и покажет
коммунизма
естество и плоть.
Мы живем,
зажатые
железной клятвой.
За нее –
на крест,
и пулею чешите:
70 это –
чтобы в мире
без Россий,
без Латвий,
жить единым
человечьим общежитьем.
В наших жилах –
кровь, а не водица.
Мы идем
сквозь револьверный лай,
80 чтобы,
умирая,
воплотиться
в пароходы,
в строчки
и в другие долгие дела.
—–
Мне бы жить и жить,
сквозь годы мчась.
Но в конце хочу –
других желаний нету –
90 встретить я хочу
мой смертный час
так,
как встретил смерть
товарищ Нетте.
15 июля, Ялта
[1926]
Примечания
Товарищу Нетте пароходу и человеку (стр. 162). Черновой автограф в записной книжке 1926 г. (июль — сентябрь), № 37 (БММ); авторизованная машинописная копия (ЦГАОР); газ. «Известия ЦИК», М. 1926, № 192, 22 августа; Сочинения, т. 5.
Датировано в газете: «15 июля. Ялта».
Неоднократно читалось Маяковским на его вечерах. По свидетельству П. И. Лавута, прежде чем прочитать стихотворение, Маяковский рассказывал:
«Нетте — наш дипломатический курьер — погиб в Латвии при исполнении служебных обязанностей, отстреливаясь от нападавших на него контрразведчиков… Я хорошо знал товарища Нетте. Это был коренастый латыш, с приятной улыбкой, в больших роговых очках. Я встречался с ним много раз. Приходилось ездить с ним за границу в одном купе. Здесь встречается фамилия Якобсон, Ромка — это наш общий знакомый. В Ростове на улице я услышал — газетчики кричат: «Покушение на наших дипкурьеров Нетте и Махмастля». Остолбенел. Это была моя первая встреча с Нетте уже после его смерти. Вскоре первая боль улеглась. Я попадаю в Одессу. Пароходом направляюсь в Ялту. Когда наш пароход покидал гавань, навстречу нам шел пароход, и на нем золотыми буквами, освещавшимися солнцем, два слова: «Теодор Нетте», — это была моя вторая встреча с Нетте, но уже не с человеком, а с пароходом.
— «Товарищу Нетте — пароходу и человеку», — объявлял он, медленно и значительно, делая ударение на «человеку». Читая. в строке:
В коммунизм из книжки
верят средне,
— менял слово «верят» на «веришь» (журн. «Знамя», М. 1940, № 4–5, стр. 210–211).
Нетте Теодор Иванович (1896–1926) — сын сапожника, в юности сам был подмастерьем. В 1914 году вступил в партию большевиков. Во время гражданской войны командовал батальоном, был политработником.
Строки 3–5. В порт, горящий, как расплавленное лето…— Встреча с пароходом «Теодор Нетте» произошла 28 июня 1926 года.
Строки 31–32. …напролет болтал о Ромке Якобсоне…— Якобсон, Р. О. (р. 1897), ученый, филолог. Познакомил Маяковского с Нетте.
Строки 49–53. Будто на́век за собой из битвы коридоровой тянешь след героя, светел и кровав. — Нетте погиб 5 февраля 1926 года в поезде, следовавшем через латвийскую территорию в Берлин, куда он вез дипломатическую почту.
Источник